Семья

Октябрьский ветер и “обычный” звонок Октябрь в Нижнем Новгороде умеет быть беспощадным: утром сырость пробирает под куртку, днём солнце обманывает теплом, а к вечеру ветер снова режет щёки,...

Озеро Синевир пахло хвоєю Пізнього жовтня біля озера Синевир повітря пахло мокрою хвоєю, димом від мангала, що давно згас, і ще чимось гірким, невидимим — страхом. Для інших...

Февральская боль, которую пытались списать на «молочные зубы» В начале февраля, когда утро ещё серое и холодное, а солнце появляется редко и словно нехотя, моя двенадцатилетняя дочь Маша...

Розділ 1. Чорна жилетка в білому храмі Листопадовий ранок у Совіньйоні був холодний і надто тихий, ніби море спеціально притихло, щоб не заважати багатим прощатися зі «своїми». Я...

Вівторок, коли повернувся голос друга Минуло рівно два місяці відтоді, як не стало Василя Бенедика, і я вже навчився існувати з порожнечею в телефоні, де більше не спалахувало...

Частина перша: Листопадова ніч на Липках Ніч у Києві буває різною, але того листопадового вечора вона пахла дощем, холодним асфальтом і таким відчаєм, від якого німіють пальці. Люба...

Глава 1. Пинок, который услышал весь парк Я не закричала, когда кроссовок врезался Барни в рёбра. Крик умер у меня в горле — как будто кто-то выключил звук...

Сообщение среди ночи Сейчас конец июня, и только теперь у меня получается рассказывать об этом ровно — без того комка в горле, который возвращался каждый раз, когда вспоминал...

Глава 1. Тишина реанимации и подпись, которая жжёт ладонь В конце ноября в реанимации всегда одинаковый воздух: сухой, тёплый, пахнущий антисептиком и пластиком. Он забивается в горло, как...

Невидима на Печерську Двадцять років у маєтку Гончаренків її ім’я звучало уривками, ніби випадкова пляма на килимі: “прибиральниця”, “вона”, “та жінка”. Повне ім’я — пані Катерина Лисенко —...