Драматический

Неправильное утро То утро было неправильным с первого шага — таким, когда ещё у подъезда кажется, что воздух плотнее, чем обычно, и даже дворники по асфальту скребут как-то...

Часть первая. Дорога, которая не ведёт домой Петербург в ноябре умеет быть беспощадным: влажный ветер с залива врезается под воротник, в кости, в память, и кажется, что он...

Часть первая. Ворота, за которыми начинается чужая правда В начале марта утро бывает таким тихим, что слышно, как скрипят собственные шаги. Егор Соколов вышел на улицу, словно боялся,...

Часть первая. Кухня, где не было воздуха Конец апреля в Астрахани иногда ведёт себя как июль: солнце не светит — оно давит. Двухэтажный дом на Клёновой улице стоял...

Пустая дорога и гул мотора Это было в середине октября, ближе к вечеру, когда свет уже становится медным, а воздух пахнет сырой листвой и холодной землёй. Я выехал...

Гарчання з підлоги Гарчання почалося не в нього в горлі — воно народилося в підлозі й піднялося крізь мої берці глухою вібрацією, від якої холодно стало не від...

Глава 1. Конец мая и девочка у забора Конец мая на Кубани умеет быть беспощадным: в тени под тридцать семь, а на школьном асфальте — будто открыли духовку....

Сентябрь, девять утра Сентябрь в Самаре умеет быть обманчиво ласковым: утро прохладное, но солнце уже пытается греть, а воздух пахнет мокрым асфальтом и свежей выпечкой. Город ещё не...

Ужин в Барвихе и чужая «шутка» Поздний ноябрьский вечер в Барвихе пахнет мокрой хвоей и дорогими духами: в особняке Виктории Виттман проходит благотворительный ужин. Хозяйка дома улыбается в...

Пять лет тишины Томас Михельс живёт так, словно внутри него постоянно открыт пустой колодец: он ходит, разговаривает, подписывает бумаги, улыбается на камеру, но любой случайный звук — детский...